Как и ожидалось, Леннарт был в восторге от этой комнаты. Да и что тут может быть удивительного? Наверное, любой бы парень-подросток захотел себе нечто подобное. Да и по Эрику было видно, что он из того типа парней, который любитель острых ощущений в постели. Хотя, почему это Адзу об этом думает сейчас? Влияние комнаты? Надо скорее выходить отсюда, у них есть дело поважнее, из-за которого Эрику и приходилось по несколько часов в день сидеть с японкой на протяжении месяца.
Подготовка пролетела незаметно. Адзурина чувствовала, как Леннарт в некоторые моменты хотел на нее сорваться, даже была уже готова выслушивать его крики, но парень уверенно держался до последнего. Конечно, Хино не всегда нравилось, когда этот хулиган на нее кричал, особенно, когда докапывался до самой фигни, если у него было не самое лучшее настроение, Адзу даже один раз в ответ прикрикнула на голубоволосого, после чего Рик стал меньше на нее кричать, по крайне мере так показалось самой Адзу.
Услышать похвалу от хулигана было приятно. Людям всегда нравится, когда их хвалят, когда они над чем-то усердно работают. Пусть сначала Адзу не верила в то, что будет толк от этих занятий, но она ошиблась, из Эрика вышел хороший, пусть и немного специфичный репетитор.
- Я бы посмотрела, как ты с детьми ладишь, - улыбнувшись, проговорила Хино. Ей на пару секунд действительно стало интересно, как бы Леннарт вел себя с детьми. Сначала была страшная картина, где детки плачут, потому что на них кричит злой дракон Эрик, а потом все сменилось на то, что Рик, сдерживая свой пыл, пытается объяснить ребенку материал и успокоить того. И последняя картина была самой приятной и милой, девушка даже умилилась, но на подсознательном уровне, а то подумает еще хулиган что-то не то.
- А, ну хорошо, - Адзурина, если честно, расстроилась, что Эрик уходит, но и держать она его не имеет право. Все-таки если выбирать между отдыхом с лучшим другом и алкоголем или ужин с какой-то девчонкой, к которой тебя насильно приставили в качестве репетитора, выбор был очевиден. Но Хино решает не показывать то, что она расстроилась, поэтому продолжала улыбаться, когда провожала Эрика.
- Спасибо, хорошо тебе отдохнуть, - улыбаясь, проговорила розоволосая потирая чуть покрасневший носик, по которому щелкнул хулиган. Это было мило. Адзу даже уже не так грустит сильно. Девушка проводила взглядом Эрика, а когда тот скрылся за поворотом, японка зашла в свою временную комнату.
Адзу окинула взглядом просторную комнату и тихо выдохнула. Было немного не по себе, но никто же не ворвется к ней, не нападет? Тем более, эта комната принадлежала бывшему преподу, а значит никто сюда не нагрянет. Успокоив себя этими мыслями, Адзу решила разложить свои вещи, чтобы они в сумках не мялись. Хоть директор и сказал, что она поживет здесь пару дней, но кто знает, может ремонт общежития затянется.
За час Адзурина успела немного прибраться, разложить свои вещи, немного поесть, а также принять ванну с пеной, музыкой и бутылкой вина. Ну зря что-ли в холодильнике стояла? Конечно, Адзу в одиночку сразу ее не выпьет, ей одного бокала вполне хватило. После всего этого, Адзу надела бледно-розовое нижнее белье, а сверху розовый халат, который оставила или преподавательница, или мистер Осборн.
Девушка думала, что после вина и ванны она сможет быстро уснуть, однако, ничего не выходило. И единственное, что ей пришло в голову, так это расслабить тело с помощью йоги, хотя бы пару асан, чтоб наверняка.
Адзу перетащила небольшой мягкий коврик на небольшое пустое пространство около кровати, поставила открытую бутылку вина с бокалом на тумбочку с кроватью, сняла халат (да, она будет заниматься в белье, ибо не видела смысла переодеваться в спортивную форму, да и вообще она в комнате одна, чего ей стесняться).
Тишина в комнате, неярко светящая лампочка на рабочем столе, Адзу заплела волосы в свободную косу, чтобы не мешались, и начала делать небольшую растяжку. И как ожидалось, это действительно помогало ей расслабиться.
И вот, в тот момент, когда японка переходила из позы «собака мордой вниз» с упором на локти в позу «кошка потягивается» (отлично расслабляет, если честно), в комнату влетает Леннарт. Без стука. Слишком неожиданно. И спустя час. Адзурина явно этого не ожидает, пару секунд смотрит на хулигана, хлопая ресницами. А потом, когда она осознает свое положение, краснеет, хватает халат с кровати, прикрываясь им.
- Эрик! Стучаться же надо! – стараясь не кричать, не визжать от смущения, проговорила Хино. Она бы еще что-то кинула в парня, но под рукой ничего не было, кроме халата, который она судорожно и быстро накинула на себя.

Для Адзурины все происходило, как в замедленной съемке, она видела все очень медленно, но четко, словно она и правда способна заморозить время. Она никогда не думала, что попадет в такую ситуацию. В кино, аниме, манге – подобное она видела, особенно в жанрах романтика, комедия, а если брать произведения для взрослых, то и продолжение там весьма аппетитное. Но чтобы такое произошло в жизни? Она бы не поверила. Она и сейчас особо не верит своим глазам.
На щеках начал появляться румянец, а Хино сама чувствовала, как поднимается температура во всем теле. Возможно, кто спросит, а почему она стесняется, если занимается тем же плаванием в секции, где спокойно выступает в купальнике перед толпой студентов? Это все-таки немного другое, там и купальник спортивный, и Адзу сосредоточена лишь на заплыве. А здесь… Она просто хотела расслабиться перед сном. Но тут ее застает сам Эрик Леннарт, в которого японка уже и влюбиться успела за все время, что он ей помогает с английским, в столь пикантной позе, да и еще в нижнем белье. Просто прекрасно! Она чувствовала себя так, словно ее бы застали за просмотром фильма для взрослых, хотя, если бы Фей ее и за этим застал, она бы давно поменяла полюса на планете Земля своей гравитацией от стыда.
- Я..просто, - Рина даже толком два слова связать не может. Девушка хоть и успела подняться и кое-как прикрыться, но смущение и легкий испуг с удивлением никто не отменял, - а ты что, представлял, что я толстая?
Адзу хоть и старалась не комплексовать из-за фигуры, но привычку надевать не обтягивающую, а иногда мешковатую оверсайз одежду (если форма позволяла) сложно побороть. Эрик ведь ее только в форме Академии видел, да и в домашней одежде, которая обычно состояла из толстовки, большой футболки и каких-нибудь штанов, и шорт, поэтому было понятно, почему он удивился. Но почему она услышала в его голосе какое-то недовольство? Или ей оказалось?
- Я...не могла уснуть…решила расслабиться...
А может это просто сон? На самом деле она уснула после ванны и бокала вина, а ей это все снится? Что же, если это сон, то и стесняться нечего? Можно ведь делать все, что душе угодно? Правда стоит об этом розоволосой подумать, как тут же начинает немного буянить ее фантазия, которая показывала не самые приличные «сценарии» возвращения Эрика в ее комнату, как сейчас: от приглашение на ужин, где Леннарт ест суши прямо с ее тела, до того, что он приходит в тот момент, когда она выходит из ванны в одном полотенце. Да, с такими-то фантазиями не зря в косплей пошла. Но тут из собственных мыслей девушку возвращает в реальность холодная стена, которой она чувствует спиной, обжигающее дыхание прям над ушком, низкий грубоватый голос, который словно зачаровывал девушку.
Адзу чуть вздрагивает, когда чувствует прикосновение к своей руке, и поднимает взгляд на Рика. Нет, это точно не сон. Она бы не смогла себе нафантазировать такой взгляд, который никогда в свою сторону она не видела. Затаив дыхание, Хино ничего не предпринимает, послушно проводит рукой по торсу Леннарта, по его груди. И когда она чувствует, как быстро бьется его сердце, она невольно чуть сжимает ткань футболки на груди. У нее сейчас также бьется сердце? Хотя, ей казалось, что оно сейчас выпрыгнет из нее. Уж слишком он близко, опасно близко, приятно близко.
- Я…не… - но Адзу не успевает договорить, поскольку Эрик первый ее целует. Девушка снова забыла, как дышать, как должно биться сердце, и как вообще жить. Пару секунд Рина удивленно хлопает ресницами, не зная, что ей делать. А точнее, она знала, что делать, но не была уверена в правильности своего решения. Вот ответит она на поцелуй, все пойдет дальше и дальше, но что, если для Эрика это просто на один раз, и он ничего не чувствует к ней? С другой стороны, а если больше шанса и не будет? Все-таки, Адзурина решает рискнуть, поэтому после пару секунд заминки, она отвечает на поцелуй Леннарта. Не сказать, что умело, но и не все так плохо, просто сказывается то, что после ее первого «поцелуя» опыта никакого не было, поэтому ее действия были слегка неуверенными.
Когда молодой человек заводит ей руки на головой, сдерживая их одной рукой, по телу Адзу пробежалась стая мурашек. Он же еще ничего толком не сделал, просто поцеловал и взял за запястья, а уже такая реакция.

Адзурина все еще пыталась как-то себя убедить в том, что ей это просто снится. Она устала за день, расстроилась, что Леннарт ушел, впечатлилась комнаткой, которая принадлежала англичанке, вот ей и снится подобное с участием Эрика. Слишком реалистичный сон выходил только. Хино просто не могла поверить в то, что Рик и правда вернулся, и действительно творит с ней такие вещи.
Но ведь он делает это из-за того, что он застал ее в таком виде и в такой позе? И снова в голове японки проскальзывает эта мысль «сама виновата», от которой она целый год избавлялась у врачей. Но сейчас же совсем иное, не так ли? Если тогда, пару лет назад, она была против, ей не был приятен тот человек, у нее не было выбора. То здесь иначе. Эрик ей симпатичен, причем настолько, что это больше походило на влюбленность, сама Адзу не была против. Но был ли у нее выбор? Пусть по словам Леннарта это и не было понятно, но девушка чувствовала, что если бы была против, то парень ее не трогал.
И именно по этой причине, что то, что происходило сейчас – для нее приятно и даже желанно в какой-то степени, девушка отбросила негативные мысли, эмоции, решила отдаться целиком и полностью себя процессу, который ее ожидал в дальнейшем.
Когда парень прикусывает ее губы, Адзу слегка морщиться. Это было неожиданно, немного больно, но не неприятно. Она и сама могла кусать свои губы, когда нервничает, но у шведа это выходило по-иному как-то. Только во время поцелуя с ним она поняла, что его клыки острее, чем у нее, видимо из-за этого и были столь странные ощущения. Последующие поцелуи и укусы в шею тоже оказались больноватыми, от неожиданности девушка в первый раз тихо ойкнула, поскольку кожа на шеи нежная, да и кусался парень достаточно сильно, что Адзу даже чувствовала, как эти укусы немного кровоточат.
Но иного от хулигана она не ожидала. За то время, что они знакомы, она примерно понимала его характер. По крайне мере тот, который он ей показывал. И даже в таком, она видела в нем положительные стороны, о чем ему иногда говорила, на что тот лишь отмахивался, говоря, что та его плохо знает. Но все-таки эту животную натуру, что была присуще Леннарту, не скрыть. И уже после парочки таких засосов девушка немного привыкла, судорожно и томно выдыхая, когда зубы парня в очередной раз касались ее кожи.
Розоволосая слышит, как парень расстегивает ремень, но она явно не ожидала, что он им воспользуется для того, чтобы связать ей руки. Адзурина не противится тому, что он с ней делает. Она послушно отодвигается от стенки, не вырывает руки, которые он затягивает ремнем. После того, как фей отпустил ее запястья, Адзу осторожно проверила, и действительно, выбраться будет сложно.
От шепота парня по телу японки снова пробегают мурашки, внизу живота приятно тянуло, и Хино прекрасно понимала, что с ней сейчас происходит. И она явно не ожидала от себя, что подобное ей будет нравится, будет ее возбуждать. Когда парень сжимает ее ягодицы, девушка чуть закусывает губы и тихо постанывает, но вот от шлепка она чуть вскрикнула, явно не ожидая этого. Она приоткрывает глаза и может видеть Леннарта без футболки, впервые за все время, что они общаются. И она видит его шрам, который был далеко не маленький. Но спрашивать о нем явно сейчас не стоит, да и вряд ли ей Эрик что-либо расскажет про него. Не все хотят делиться своими скелетами в шкафу.
Поцелуи Эрика отличались немного от его действий, когда он не кусался. Сейчас этот поцелуй был медленным, немного ленивым, тем самым, позволяя девушке привыкнуть к этому, понять, как надо отвечать. И теперь она это делает более уверенно, чем в первый раз. Обе руки голубоволосого были свободны, поэтому они теперь полностью блуждали по ее телу, изучали. Адзу не могла сделать того же, ей хотелось коснуться пальчиками до груди и торса Леннарта, пройтись по каждому миллиметру кожи. Но сейчас она может лишь постепенно таить от его прикосновений, в особенности, когда он касался шеи, позвоночника, живота – особо чувствительных мест на теле розоволосой.

От сильных, страстных, грубоватых прикосновений Леннарта, Адзурина начала потихоньку терять самообладание, контроль над своим сознанием. Его поцелуи и прикосновения действовали похлеще, чем вино, выпитое девушкой чуть ранее, пусть и в небольших количествах. Внизу живота приятно и сильно тянуло, девушка чувствовала, как мокрая ткань трусиков начинает прилипать, а по телу проходила легкая и приятная дрожь. Совершенно иные, новые ощущения, которые Адзу впервые испытывает. Нет никакой боли, вины, страданий, все совершенно иначе, все более чувственно и приятно.
Девушке становилось тяжелее стоять на ногах, хотелось сесть или лучше лечь, ибо она чувствовала, как те начинают больше походить на вату, чуть ли не подкашиваются от возбуждения. Возможно, Эрик это чувствует, поэтому прерывает поцелуй, после которого японка жадно глотала воздух, которого ей не хватало. Далее парень развязывает ей руки, и девушка уже надеялась, что она тоже сможет наконец-то коснуться молодого человека, но видимо у хулигана свои планы на этот счет. Девушка не успевает даже протянуть руки к нему, как ей снова их связывают, но уже спереди.
Ощущая некоторое стеснение, Адзу все равно позволяет снять с себя топ. Она чувствовала, как Эрик на нее смотрит, от чего на щеках появляется румянец. Нужно понять, что это нормально, что когда люди этим занимаются, они оба без одежды, но все равно для японки это непривычно. Она чуть опускает голову, закрывая челкой часть лица, преимущественно глаза.
Следующий поцелуй вынуждает девушку не только поднять голову, но и упасть на кровать. Постельное белье ей казалось таким холодным, по сравнению с ее разгоряченным телом. Поцелуй долго не длился, поэтому постанывания от шлепков по ягодицам ничего не могло заглушить. Тяжелое дыхание, стоны, шлепки – все это наполняло эту комнату, которая чужая для них двоих. Атмосфера здесь явно набирала градус с каждой секундой, с каждым новым прикосновением парня.
Почувствовав, как язык Эрика касается ее груди, Адзу простанывает его имя, явно хотела что-то сказать, но в ее текущем состоянии ей было сложно сформулировать мысль, сказать что-то. Она только и могла, что судорожно и тяжело дышать, стонать и вскрикивать от неожиданных действий парня. Адзурина впервые чувствует, насколько ее грудь чувствительна к любым прикосновениям. Она непроизвольно ерзает на кровати, тем самым постоянно касаясь колена парня, от чего стонет сильнее, протяжнее. Когда Леннарт начинает снова дразнить ее, уже вторую грудь, Адзу, понимая, что не может контролировать свой голос, поворачивает голову набок, утыкаясь в свою руку, чтобы хоть как-то сдерживать себя. Но это слабо помогало, особенно, когда парень оставил два ощутимых засоса на ее нежной коже.
Приоткрыв глаза, Адзу понимает, что Эрик уходит в ту комнатку. Может это она так повлияла на все то, что творится здесь и сейчас? Хино было интересно, что оттуда возьмет Рик, но и немного боялась, скорее неизвестности, поскольку такой опыт для нее был первый.
Адзу только успевает чуть восстановить дыхание, как молодой человек возвращается с наручниками и какой-то тканью. Хино сразу понимает, что к чему. И снова Эрик не дает ей возможности тоже что-то сделать, хотя бы банально коснуться его. Запястья немного болели от ремня, в наручниках было чуть комфортнее. Она уже думала, что так сможет хотя бы обнять парня, но он приковывает ремнем ее к спинке кровати, а после надевает повязку на глаза. Резкая темнота немного пугает девушку, но она целиком и полностью доверилась Эрику, позволяя с собой делать все то, что тот захочет. От прикосновения пальцев девушка чуть вздрагивает, тело стало более чувствительным, чем раньше. Адзу чувствует, как ткань соскальзывает с ее ножек. Теперь она была абсолютно голой перед ним, со связанными руками и глазами, от такого ощущения на щеках снова появляется румянец, хотя может быть и от возбуждения это, Адзу пытается свести ноги, чтобы хоть как-то прикрыть себя, но она чувствует каждым миллиметром кожи, как Эрик рассматривает ее сейчас, отчего по телу снова пробежались мурашки.

Из-за повязки на глазах, Адзу была в полном неведении, что сейчас происходит вокруг нее. Когда ты ограничен в одном из чувств, обостряются другие. Поэтому девушка стала лучше слышать, чувствовать любые прикосновения к своему телу. Эта неизвестность немного пугала девушку, поскольку она не могла предсказать, какими будут дальнейшие действия Леннарта. Он оказался слишком непредсказуем сейчас, открылся девушке с совершенно иной стороны, о которой, она может быть догадывалась, но не могла представить, что это с ней случится наяву.
По звукам Хино понимает, что Эрик снял с себя штаны, после чего вновь уходит в ту комнату. Снова он ее лишает возможности до себя дотронуться, снять одежду. Этот хулиган все решил за нее, взяв инициативу полностью в свои руки. В слегка опьяненном от возбуждения и вина сознании, Адзу пытается вспомнить, что было в той потайной комнате, чтобы предсказать, что он оттуда может взять. С учетом того, что он связал ей руки и глаза, девушка могла предположить только плеть или стек, у которого еще перышко на конце. Порой, когда занимаешься косплеем, узнаешь что-то новое в различных сферах.
К тому моменту, когда Эрик вернулся в комнату, Адзу смогла чуть восстановить дыхание, а также поджать под себя ноги, прикрываясь. Хоть она и понимала, что нет смысла скрывать, поскольку в комнате все-таки темно, да и что там Леннарт не видел у девушек. Розоволосая чуть вздрагивает, когда чувствует, как парень садится на кровать, а рядом с ней падает содержимое из той комнаты. Судя по ощущениям, как-то многовато, или ей просто кажется?
От укуса и касания языком по этому месту, Адзурина протяжно стоне, чуть выгибаясь в пояснице. Далее слышится звук зажигалки, вынуждая Адзу слегка насторожиться. Она надеялась, что он просто решил зажечь свечи для романтики, а не для того, о чем она подумала. Пару секунд тишины, после чего Хино чувствует прикосновения шведа к ее ногам, вынуждая ее их раздвинуть.
- Эрик…что ты…задумал, - сквозь тяжкое дыхание и постанывание, проговорила Хино. Она ощущает, как парень наклоняется, после чего чувствует его прикосновения на двух самых эрогенных зонах – грудь и паховой зоны. Японка непривычно громко стонет, фактически вскрикивает от неожиданности, выгнувшись в спине так, словно ее позвоночник полностью отсутствовал – сразу видно, что не первый раз йогой занимается, растяжка на высшем уровне.
Адзу чувствует легкое покалывание внутри себя, затем прохладу. И так совпало, что когда Леннарт начал растирать по ее телу теплое масло, внутри японки начало гореть. Сначала был ощутим некоторый дискомфорт, но после это становилось приятным, слишком приятным. От аромата в воздухе, грубоватых поглаживаний по всему телу, от жара во всем теле, в особенности внутри, с приятным тянущим ощущением внизу живота, Адзу чувствовала, как возбуждение нарастает слишком быстро, стремительно близко, вынуждая ее стонать и поддаваться навстречу ласкам Леннарта.

Адзурине и правда нравилось то, что с ней творит этот хулиган. Она бы никогда в жизни не подумала, что подобные игры ей могут понравится, заставлять ее стонать от удовольствия, возбуждаться, просить еще. Как-то не так она представляла для себя свой первый раз (первый обоюдный), но ей это оказалось по душе. Видимо Эрик либо прочувствовал в ней задатки мазохистки, либо сам сделал Хино такую, с первого же раза. Видимо, даже в омуте Хино водятся черти, а возглавлять их теперь будет этот голубоволосый садист.
Нельзя сказать, что ей не было больно. Было, местами, но эта боль граничила с возбуждением, принося японке удовольствие. Где-то здравому смыслу девушки стало стыдно за то, что она стонет, когда ее тело грубо сжимают, шлепают. Но может девушка так реагировала только потому, что это делал именно Эрик, а не кто-то иной? Он был грубым, настойчивым, властным, местами эгоистичным, но прям настоящую боль он девушке не принес за это время. Хотя, тому, наверное, сложно себя сейчас контролировать. Адзу слышала его тяжелое дыхание, а от рычащего и хриплого от возбуждения голоса по телу пробегала стая мурашек, от макушки до кончиков пальцев. Она чувствовала его стояк, об который то ли случайно, то ли специально она терлась, извиваясь на постели от его действий, вынуждая девушку еще чаще стонать, еще сильнее возбуждаться.
Соски девушки уже слегка побаливали от постоянных терзаний, укусов, но даже когда Леннарт отстранялся, у девушки создавалось ощущение, что он все еще касается них, хоть чувствовала, как его сильные руки в очередной раз сжимают ее ягодицы, оставляя там синяки. Кажется, девушке будет тяжко завтра сидеть на контрольной и на других парах. Пусть Адзу и не видела еще свое тело, но судя по немного жгучим ощущениям от укусов и засосов, она какое-то время на плавание не походит. Если вообще завтра сможет без проблем встать, поскольку она понимала, что это только начало.
Резкое прикосновение чего-то теплого к шеи, заставляет Адзу вздрогнуть. Она не понимает, что это, но это что-то проходит по всему телу, заставляя девушку прогибаться всем телом вслед за свечой. Первая капля воска, попавшая на шею японки, вынуждает тут вскрикнуть и дернуть руками, что были прикованы к спинке кровати. Пару секунд было очень горячо, но затем воск начал остывать, переходя по всему ее телу. От каждой новой капли Адзу громко стонала, вздрагивала, извивалась, словно хотела выбраться из наручников (наверняка следы или синяки останутся на запястьях после этого). Но горячий воск был не единственным сюрпризом, на особо чувствительных сосках девушки происходило что-то невероятное, неописуемое. Контраст воска со льдом вынуждает Адзу громко стонать, чуть ли не вскрикивать от удовольствия, по телу прошлась легкая дрожь. Ей казалось, что таким занимаются только опытные экспериментаторы, но Эрику удалось не просто не навредить Хино, но и вызывать в ней бурю эмоций.
- Эрик…Я почти…на грани…
Простанывает Адзу, когда холодный кубик льда касается ее разгоряченного и возбужденного тела. Она чувствует, как проходит не только льдом по той дорожке, но и своими губами, поднимаясь наверх. Интересно, как много девушек получали от него столько удовольствия? Этот вопрос быстро возникает, а также быстро испаряется с головы Хино, когда чувствует лед и губы Эрика на своих. Адзу отвечает на поцелуй, даже как-то жадно, она снова хочет обнять его, но наручники и ремень не позволяют ей этого сделать, поэтому девушке остается только зафиксировать свои ноги на бедрах молодого человека, чуть притягивая к себе.

Адзурине сейчас казалось, словно они находились вне пространства и времени. Она не могла определить, сколько уже прошло с того момента, как Эрик вернулся, как все это началось. С одной стороны, ей казалось, что это произошло только недавно, но его ласки и терзания словно тянули время, замедляя его. Девушка не только потерялась во времени и пространстве из-за повязки на глазах, но и потеряла контроль над остатками своего здравого смысла. Ей нравилось, ужасно нравилось то, что Леннарт сейчас делал. Кто же знал, что такой контраст с наслаждением и болью, с лаской и грубостью, с горячим и холодным может настолько сильно влиять на девичье сознание.
Хино уже даже не судорожно выдыхала, она выдыхала стонами, словно по-другому не умеет, вскрикивала от неожиданности и удовольствия, подставляла свое тело под все действия этого хулигана. Возможно, тут еще замешано влияние алкоголя, а также той смазки, которая только усилила возбуждение девушки до такой степени, что ей было тяжело себя сдерживать и контролировать. Но ей все еще не хватало чуть большей свободы, она тешила себя надеждами, что тот самый «главный приз» позволит ей самой касаться парня, оглаживать его накаченное тело, оставлять небольшие царапины на плечах и спине, оставлять засосы и укусы на шеи, как он делал это с ней.
После того, как поцелуй был прерван, Адзу немного хрипло и тяжко дышит, видимо, после этой ночи она не просто завернется в одежду, как капуста, она не сможет толком двигаться и говорить нормально. Вот тебе и подготовка к завтрашней контрольной. Но даже если Адзу завалит из-за этого тест, она не будет жалеть о том, что между ними сейчас происходит. Ей нравилось, ей хотелось еще. Ощущая, как медленно соприкасаются, трутся друг о друга член парня и ее горячая и мокрая промежность, Адзу громко стонет, сжимая в ладошках ремень, словно надеясь разорвать его, освободив руки. Но Эрик прерывается, не доводя ее до пика. Девушка и правда сейчас была на грани, когда ей казалось, что вот-вот она кончит, парень, словно чувствуя это, прекращает, останавливается, а потом снова действует, из-за чего возбуждение накатывает с новой силой.
От касания перышка, по телу японки пробежались мурашки, она выгибалась всем телом, следуя за ним, а когда она почувствовала первый удар по коже, вскрикнула, вздрагивая всем телом. Ощутив пальцы парня, Хино рефлекторно, неосознанно хочет свести колени, но ей это не удается. Боль, жар во всем теле, пальцы Эрика, что ускоряли свой темп с каждым ударом стека, заставляли девушку уже кричать от удовольствия, вскрикивать со стонами имя парня. Девушка чувствует, как все те ощущения, что накопились за это время, скопились внизу живота, а в следующую секунду она ощущает, как по телу словно ток проходит, в ногах судорога, а тело выгибается навстречу парню, откидывая голову назад и громче звякнув ремнем и наручниками, Хино протяжно стонет имя парня, вновь скрестив ноги на бедрах парня, чтобы вновь прижаться к нему.

Еще какое-то время назад Адзурина бы не подумала, что сможет вот так вот наслаждаться чьими-то ласками, пусть и они были грубоваты, в некоторые моменты было больно, но ей это нравилось, приносило удовольствие. Она вообще сомневалась в том, что ближайшие пару лет после того случая, сможет подпустить к себе кого-то, хотя, она даже и не думала об этом. Но встреча с Леннартом поменяла ее жизнь на 180 градусов. И она совершенно была не против того, что происходит в этой комнате. На утро она будет смущена настолько, насколько это вообще возможно, но сейчас в ней фактически ни капли смущения. Ей нравится, как парень смотрит на нее, разглядывает, как его сильные руки прижимают ее к себе, когда она доходит до пика, как он оставляет очередной засос на ее шеи, где еще, оказывается, были нетронутые места.
Хино пыталась восстановить дыхание, но давалось это тяжеловато. Она чувствовала, как сердце бешено билось, словно хотело выбраться из грудной клетки. Тело слегка дрожало еще, поскольку Адзу старалась себя какое-о время сдерживать, чтобы оттянуть момент оргазма. Когда молодой человек снимает с нее повязку, девушка приоткрывает глаза, видит перед собой уже абсолютно голого, тяжело дышащего Леннарта, взгляд которого стал более развратным и хищным, по сравнению с тем, что она видела в самом начале. Адзу не может ему что-либо ответить, поскольку старалась восстановить тяжелое дыхание. Если он ей скажет это потом, утром, или же в Академии прошепчет на ушко, она наверняка покраснеет, смутится, спрячет лицо за волосами. Сейчас она максимум, что могла это чуть улыбнуться от такого комплимента.
Тело еще не полностью отошло, поэтому когда Эрик проводит рукой по все еще мокрой, разгоряченной промежности, Хино стонет, по телу пробегает приятная дрожь, вызывающая новую волну возбуждения. Девушка наблюдает за действиями молодого человека. Это немного смущало ее, но больше было заинтересованности, а также подобное возбуждало. Адзу не то, чтобы была монашкой, она смотрела порно, мастурбировала, все-таки девушка взрослая, но в жизни это немного иначе. Ощущения и чувства совершенно другие, и гораздо лучше. Девушка стонет, чуть закусывая итак покусанную нижнюю губу, когда Леннарт вводит в нее пальцы. То что делал парень с ней и с собой, было развратным, но таким возбуждающим, что Хино снова стала постанывать, чуть извиваясь от действий парня, при этом старалась не отводить взгляда от него. Она ведь так ждала того момента, когда ей развяжут глаза и руки, что было бы глупо сейчас их снова закрывать или отворачиваться. Надо брать от жизни все, пока дают.
- Да.
Единственное, что смогла сказать чуть хриплым, тихим голосом Адзу. Когда парень освобождает ее руки, девушка тихо выдохнула, все-таки так долго находиться со связанными руками было немного больно, о чем свидетельствовали полосы на ее запястьях. Хино отвечает поцелуй, одновременно с этим обнимая парня за шею, зарываясь одной рукой в его волосы, чуть сжимая, когда чувствует, как член парня чуть упирает в нее, слегка простонав в поцелуй.

Руки немного затекли, а также побаливали от того, что какое-то время были связаны, а также из-за того, что Хино постоянно дергала ими, когда хотела дотронуться до Леннарта, обнять его, прижать к себе, но забывала про наручники, которые пусть и были с мехом, но все равно натерли ей до аккуратных полос на запястьях. Если к утру не пройдут, то тогда придется надевать что-то с длинным рукавом. Да и вообще, утром, если Адзу сможет нормально встать с кровати, ей придется помучиться с нарядом и косметикой, поскольку она чувствовала на своем теле абсолютно каждый след, который оставил ей Эрик: жгучие засосы, укусы с кровоподтёками, синяки от сильных сжатий или шлепков. Но внешний вид, а также выяснение того, что будет дальше после этой ночи, Адзурина оставит на утро, поскольку она сейчас могла думать только о том, что происходит здесь и сейчас. Ей, наконец-то, освободили руки, поэтому она смогла прикоснуться к Леннарту.
И она чувствует не только пальцами, но и всем телом, как Эрик чуть напрягся, когда она его коснулась. Она не знала точной причины – не привык или не ожидал, но Хино хочет побыть немножко эгоисткой, поэтому она будет пользоваться моментом, пока ей снова не свяжут руки, ограничив ее в действиях. С одной стороны, ей нравилось, что она лежит фактически беспомощная перед Эриком, не может что-либо сделать, а с другой – злило, потому что она не хотела просто лежать бревном и получать наслаждение, она хотела отзываться на ласки парня ласками.
Хулиган дразнил ее своими прерывистыми поцелуями, которыми тянул время, чтобы найти презерватив, о котором Адзу и вовсе позабыла, настолько уж увлеклась процессом. В принципе, если бы они его даже не нашли, девушка все равно пьет противозачаточные, о чем бы уведомила парня утром. Но пока Рик искал контрацептив на кровати, Адзурина наслаждается моментом. Руки девушки невесомо проходят по шеи и плечам парня, опускаясь на грудь. Теперь девушка более ощутимо начинает оглаживать грудь и торс Фея, очерчивая пальчиками рельеф мышц, осторожно проходит по контору шрама, поскольку не знала, может ли касаться к нему или нет. Когда парень из-за их позы начинал сильнее прижиматься к ней, Адзу постанывала сквозь поцелуй от прикосновений напряженных сосков к груди хулигана, а руки в это время перешли на спину и плечи, которые девушка оглаживала уже не так невесомо и еле ощутимо, как ранее.
В тот момент, когда Леннарт прикусывает девушку за язык, та тихо мычит, приоткрыв глаза. Они встречаются взглядом, а Хино чувствует, как парень немного вошел в нее, вызвав в японке протяжный стон, который так и просил большего. Парень не отрывает от нее взгляда, что немного смущает Адзу, но та поддерживает этот зрительный контакт. От выражение лица Эрика и его взгляда, пока он открывал это презерватив, можно было кончить мгновенно, но Адзу хочет в следующие разы продержаться подольше. Женские и мужские оргазмы отличаются тем, что девушкам нужно меньше времени между оргазмами, от чего они способны кончить несколько раз до того, как это сделает их партнер, но все зависит еще и от этих двоих.
Ощущая, как парень сжимает ее бедра, как притягивает к себе, Адзу понимает, что произойдет в следующую секунду. Для нее это немного волнительный момент, но она была уверена, что больно не будет. И когда молодой человек входит в нее во всю длину, розоволосая громко вскрикивает, выгибаясь, сжимая пальчиками плечи Эрика. Из-за того, что она была хорошо разогрета, боли не было, но из-за неожиданности и непривычки Адзу неосознанно чуть сжалась, обволакивая стенками влагалища член хулигана. Пока парень не делает толчки, Адзурина обнимает парня за шею, притягивая к себе, и сама начинает поцелуй. Жадный, чувственный, желанный.

Адзурина все равно чувствовала некоторое напряжение со стороны Эрика, когда она прикасалась к нему. Особенно к шраму. Все же не стоит ей переходить границу, явно чувствуя, что парень не хочет, чтобы она касалась этого места. Она его ни в коем случае не осуждала и не обижалась, все же, у каждого есть свои травмы, скелеты в шкафу, и если парень захочет – поделиться, но явно не сейчас. В эту ночь им явно не до душевных разговоров будет, да и Хино догадывалась, что так быстро ее спать не отпустят.
Адзу убирает свои руки с торса молодого человека и обнимает его за шею, прижимаясь к нему, пока Эрик не начал двигаться. На самом деле девушка немного волновалась и боялась, ибо воспоминания о первом разе у нее весьма болезненные, но при этом она понимала, что Эрик не будет поступать эгоистично, думая лишь о том, чтобы хорошо было только ему, она убедилась в этом еще в прелюдиях, если их можно так назвать. Однако, как у Леннарта со шрамом, так и у Хино с сексом, начинают появляться некоторые загоны, которые необходимо сразу же угомонить. Розоволосая тяжко, но медленно дышит, пытаясь расслабиться, чтобы не было больно и сильно узко для парня, но стоило хулигану сделать несколько резких толчков, как Адзу вновь сжимается, но это ей не приносит никакой боли, а даже наоборот, от этого становилось приятнее и не только ей.
Девушке нравился столь близкий контакт, когда два разгоряченных и возбужденных тела максимально близки друг к другу, а также Адзу нравилось то, что теперь ее руки свободны, и она могла обнимать парня, чуть оцарапывая ему плечи. Она утыкается ему в шею, тяжело дыша и постанывая. Но недолго японка наслаждалась этим долгожданным моментом, ибо Леннарт чуть отстраняется от нее, чтобы поменять позу. Адзурина какое-то время наблюдает за его действиями, слегка отрешенным взглядом, не до конца понимая, что он делает и для чего. И только тогда, когда парень вновь вошел в нее полностью, Адзу прочувствовала, для чего нужны были эти манипуляции. Она стала еще уже, чем раньше, позволяя ей максимально его чувствовать. Из уст девушки вырывается громкий стон, граничащий со вскриком, но Хино быстро убирает одну руку к лицу, прикусывая указательный палец, чтоб так громко не стонать. Ибо теперь ей было сложно сдерживать свои стоны из-за такой позиции.
Но сейчас движения парня были плавными и медлительными, позволяя Адзу привыкнуть к этому. Она убирает ладонь от своего лица, и сжимает этой рукой простыню под собой, в то время, как вторая рука, из-за того, что Эрик от нее отстранился, покоилась на его ладони и чуть сжимала и царапала, которой парень поддерживал ее за бедро. Но только движения парня стали грубыми и резками, стоны Адзу становились громче и фактически совпадали с его толчками. Хино в какой-то момент начинает нашептывать имя парня вместе со стонами, чтобы никто, кроме него, ее не слышал. Адзу начинает чуть двигать бедрами навстречу движениям Эрика, из-за чего хотелось стонать еще громче, но чтобы себя сдержать, розоволосая закусывает губу, продолжая нашептывать имя парня уже с отчетливым японским акцентом.
Адзу свободной рукой, что ранее она сжимала простыню под собой, убрала с лица челку, которая мешала ей смотреть на Леннарта и поддерживать с ним какой-никакой зрительный контакт. Ей нравилось в этом хулигане все: от его характера и поведения до внешности, и сейчас она видела его совсем с иной стороны, но ей все равно он продолжал нравиться, даже его дьявольская ухмылка, чтоб была на его лице, казалась ей очаровательно сексуальной.
Убрав руку от своего лица, Адзу проводит своими ладонями вверх по рукам молодого человека, царапая их в ответ на его грубые движения, желая вновь дотянуться до его плеч, чтоб обнять и прижать к себе, но что было сложно осуществить из-за их позиции.

Резкие и рваные толчки с каждым разом выбивали из девушки все более громкие стоны. Наверное, если бы это все происходило в общежитии студентов, соседи давно бы постучали по стене или по двери, прося девушку быть потише. Просто отдельное спасибо мистеру Осборну за то, что комната, в которой поселилась Хино на время ремонта, была единственной на этом этаже. Не хватало еще соседей в лице преподавателей, которые бы слышали столь развратные и пошлые стоны со стороны Адзурины. А ведь не скажешь по этой розоволосой булочке, что она не просто согласится провести ночь с хулиганом, в которого уже влюблена не один месяц, но и будет согласна на все эти грубые ласки и бдсм атрибутику. В тихом омуте и правда черти водятся.
Сердце бешено билось, тело было напряжено и подрагивало от приближавшегося оргазма, внизу живота тянуло, а внутри все пульсировало и сжималось. Сначала Адзу думала, что если она будет сжиматься от волнения, то это, наоборот, принесет некий дискомфорт и неудобство и ей, и Леннарту. Но все оказалось иначе. Она чувствовала каждый миллиметр входящего в нее члена, который все-таки был далеко не маленький. Пальчики одной руки сильно впились в руку Фея, оставляя красные полосы, которые ей, если честно, хотелось больше оставлять на его спине и плечах, но могла из-за позы дотянуться лишь до его руки, второй же рукой Хино сжимала скомканную и мокрую простыню, которую могла вот-вот порвать в порыве страсти. И только Адзу думала, что еще пару толчков, и она вновь кончит, как тут Леннарт останавливается. Быстрое сердцебиение и тяжелое дыхание замедляют реакцию девушки на это, поэтому через какое-то время, когда Эрик уже вышел из нее и опустил ноги, она слегка отрешенно и растеряно на него смотрит. Она что-то сделала не так?
Но слова парня дают понять, что все нормально, и сейчас не время загоняться из-за того, что ты сама себе что-то надумала. В такие моменты Адзу вообще думать не стоит, только и будет отвлекать себя от приятного процесса. Хино кивает, пытаясь восстановить дыхание, и чуть ерзает на месте. Тот ком бушующих эмоций и чувств, что должен был вот-вот взорваться, постепенно сходил на нет. Хоть и низкий, охрипший голос парня вынуждал девушку возбуждаться еще сильнее, особенно от такого приказного тона. Девушка послушно укладывает голову на подушку, которую подложил ей Леннарт, и сгибает ноги. На деле она думала, что он перевернет ее на живот или посадит, поскольку сексуальное образование Хино в плане поз ограничивались лишь: миссионерской, наездницей, по-собачьи (знает не по своему опыту, а в фильмах видела просто), но все же Эрик был куда опытнее ее, поэтому она послушно делала все, что ему надо было.
Когда парень в нее медленно и плавно вошел не полностью, розоволосая протяжно негромко простонала, чуть сжимая под собой простынь, а также убирая свою челку с глаз, что постоянно лезла и закрывала ей обзор. Но как только парень делает резкий толчок, эта же рука быстро перемещается на рот Хино, приглушая очень громкий вскрик. Тело пронизывает словно электрическим разрядом от того, насколько глубоко вошел в нее Леннарт. Чуть убрав руку, Адзу пытается сказать парню, что слишком глубоко, но встретившись с ним снова взглядом, она забывает об этом и вспоминает вновь, ощущая резкий и глубокий толчок. Вскрик выходит не такой громкий, как прошлый, но Адзу все равно закрывает себе рот. Возбуждение накатывает быстрее и сильнее прошлого раза, и девушка думает, что она кончит очень быстро. Но тут до нее доходит смысл только что сказанных слов Эрика, от которых она тихонько жалобно простонала.
- А что будет, если я ослушаюсь?
От приказного, низкого и охрипшего голоса Адзу возбуждается сильнее, а от того, что парень за всю ночь впервые назвал ее по имени (ибо 90% времени, что они проводят вместе вообще, он к ней обращается лишь «мелкая» и прочие вариации этого обращения, поэтому если он назвал ее по имени – для Рины это прям праздник) хотелось кончить прямо сейчас. Но нельзя. Она не знала, как она будет оттягивать оргазм, и как это вообще делается. Но она честно постарается. И вновь резкие и глубокие толчки, от которых Адзу громко
стонет. Свободная рука девушки, пока второй она прикрывала свой рот, чтоб громко не вскрикивать, прошлась вдоль руки Фея, и наконец, кончиками пальцев она смогла дотянуться до его лица. Пальчики девушки убрали челку с глаз Эрика, после чего аккуратно прошлись по его скуле и щеке.